Версия для слабовидящих

Нужна ли в лесу мертвая древесина?

Значительные средства при ведении лесного хозяйства в Беларуси вкладываются в мероприятия по наведению порядка — уборку захламленности, выборочные санитарные рубки, уборку единичных деревьев. Особенный порядок обеспечивается белорусскими лесоводами в рекреационных зонах, чтобы захламленность или ослабленные и зависшие деревья не создавали опасность для населения. Придерживаются учреждения Министерства лесного хозяйства и рекомендаций сертификации по системе FSC и сохраняют определенные площади лесов в нетронутом виде для биоразнообразия. Недавно этой теме была посвящена лекция польского профессора, руководителя Беловежской геоботанической станции Варшавского университета Богдана Ярошевича, которую он презентовал в Национальном парке «Беловежская пуща».

Нужна ли лесу мертвая древесина? фото

Наиболее частая причина появления мертвой древесины, по мнению ученого, это ветровалы. Еще один ее источник — рубки, а в Северной Европе и пожары. Мертвая древесина появляется и в результате конкуренции деревьев в лесу. Такие деревья умирают чаще всего стоя, они ослаблены и как субстрат имеют меньше питательных веществ. Ну и, конечно, естественная смерть по возрасту. Еще при жизни на дереве образуются отмершие участки, они заселяются грибами и организмами, которые стимулируют процесс разложения древесины. Появлению мертвой древесины способствуют и бобры, долговременные подтопления, атмосферные явления.

В нашей климатической зоне в зависимости от породы дерево разлагается от 10 до 100 лет. К примеру, по результатам мониторинга, о котором рассказал профессор, на опытных объектах, заложенных еще в 1970-х годах, спустя 40 лет можно распознать только дубы, тогда как елки, клены и липы разложились полностью. Скорость разложения древесины зависит не только от вида дерева, но и от степени его соприкосновения с почвой, от влажности самой почвы. (Влажность древесины должна быть больше 20 % , чтобы процесс разложения грибами мог протекать. Если она превышает 70 %, грибы не могут развиваться, поэтому раньше деревья после вырубки затапливали, чтобы потом их можно было вывезти.) Многое зависит и от освещенности или затененности, устойчивости физических факторов, наличия видов, способствующих разложению древесины. Ученый даже предложил классификацию мертвой древесины по степени ее разложения. Для лежащих и стоящих деревьев свою. «Когда мы проводим учет мертвой древесины в лесу, то 4-го и 5-го класса разложения больше всего, а это еще стоящая древесина», — привел пример Богдан Ярошевич.

Зачем нужна мертвая древесина? Ученый утверждает: если забрать ее из леса, то его биоразнообразие снизится более чем на 30 %. Это объясняет густая пищевая сеть организмов, связанных с мертвой древесиной. Есть и большая группа грибов, у которых грибница связана с корнями дерева, поэтому чаще деревья возобновляются именно на пнях. Мертвая древесина также важна потому, что создает экологические ниши, которые без нее в лесу не создавались бы вообще. Например, появляется более увлажненный участок, где влаголюбивые организмы находят себе комфортные условия для жизни. Для 100 кв. метров площади естественного леса мертвая древесина добавляет еще 65 % дополнительной площади, а если дерево покрыто корой, то это создает дополнительные ниши, где могут развиваться лишайники и мхи. Специфичными являются дупла, которые делают дятлы, и наступает заселение дерева грибами. Мертвая древесина также является важным источником микроэлементов для леса. А ведь таким богатством может похвастать не каждый лес. В европейских странах, где интенсивно ведется заготовка древесины, деревья не доживают до своей естественной смерти, поэтому многие виды грибов и живых организмов нередко попадают в Красные книги.

Эти насекомые и грибы играют главную роль в разложении древесины, важны также бактерии, воздействующие на стенки живых клеток. Процесс заселения мертвого дерева имеет характер микросукцессии. Сукцессия для разных организмов начинается по-разному. Сосну на первом этапе заселяют короеды, мхи, которые жили еще на живом дереве. Потом приходят организмы, использующие мертвую древесину как убежище, в частности муравьи. Потом заселяются разные виды мхов, а затем грибы, они завершают разложение. На последнем этапе появляются виды, которые живут в почве. Что интересно, число видов мхов снижается по мере разложения древесины, также и лишайников, а вот число грибов увеличивается. Мертвое дерево важно и для позвоночных, даже для рыб. Богдан Ярошевич привел пример, что реки в Скандинавии, возле которых было сконцентрировано большее количество мертвой древесины, больше заселялись форелью. Важна она и для змей, и для рептилий как место зимования. И млекопитающие используют дупла как убежища, места для вывода потомства. Американские данные показывают значение мертвой древесины для мелких грызунов, в местах ее скопления можно увидеть и хищных млекопитающих — ласку, лесную куницу, рысь. Если говорить о птицах, то наибольшее значение мертвая древесина имеет для дятлов.

Исследования, проведенные в польской части Беловежской пущи, показали: из 177 видов гнездующихся птиц 38 гнездятся и ищут пищу именно в мертвых деревьях. Четыре вида дятлов питаются на участках с мертвыми деревьями, и плотность их обитания зависит от количества мертвого дерева в лесу. Существуют и исследования, которые свидетельствуют о появлении отдельных их видов при наличии мертвой древесины.

Примеры Скандинавии и Швеции, в частности, подчеркивают важность мертвой древесины для насекомых. Некоторые исследователи считают, что для хозяйственных нужд лучше спилить спелое и здоровое дерево, чем мертвое. Мертвая древесина играет огромное значение и для грибов. По исследованиям финских ученых, количество редких видов грибов активно увеличивается, когда объем мертвой древесины превышает 100 кубометров на гектар. Беловежская пуща в этой связи является важным местом для биоразнообразия. Там на 5 тысячах гектаров можно встретить половину от всех видов польских грибов, что составляет 25 % европейских видов. Та же картина и с трутовыми грибами — их количество в пуще сравнимо с количеством в некоторых странах.

Мертвые деревья важны и для лишайников, в Беловежской пуще их зарегистрировано порядка 500 видов, 300 из них живут на древесине, а 150 находятся под угрозой исчезновения. Наибольшее количество видов мхов и печеночников также живет на мертвом дереве.

Ну а самое главное, мертвая древесина не менее важна и для самих лесных деревьев, для которых она является основным субстратом для возобновления во многих типах лесных экосистем. Разлагающаяся древесина обеспечивает молодые деревца необходимым минеральным питанием, а накопленной в древесной трухе влаги хватает обычно на весь летний сезон. В результате жизнеспособный подрост можно увидеть только на разлагающихся древесных стволах и пнях. Большую всхожесть при этом ученый отмечает у мелкосеменных видов. Наконец, нельзя забывать о важнейшей роли мертвой древесины в углеродном балансе лесных экосистем. Поскольку количество кислорода, выделяемого лесом в атмосферу, напрямую связано с количеством органического вещества, накапливаемого в лесной экосистеме, роль мертвой древесины в общем углеродном балансе экосистемы очень велика.

Так почему же тогда мертвая древесина все-таки побуждает столько противоречий и споров. Здесь ученый назвал несколько причин, и первая из них — эволюционная: чистый лес создает впечатление безопасности. Вторая причина культурная — прилагательное «мертвая» ассоциируется у людей с болью, потерей. В-третьих, с детства мы учимся упорядочивать пространство вокруг себя. Существует и ряд других причин. Однако нельзя не согласиться с тем, что мертвая древесина важна для жизни естественных лесных экосистем и ее исчезновение способно коренным образом изменить состав живых организмов, привести к их исчезновению, тем самым нарушив естественные процессы лесовозобновления.


А как у нас?

А вот ученые Института леса НАН Беларуси не согласны с фразой профессора, что «жизнеспособный подрост можно увидеть только на разлагающихся древесных стволах и пнях». В целом, по их мнению, для сохранения биоразнообразия лесных экосистем необходимость наличия мертвой древесины не вызывает возражений, но только в тех лесах, основная задача которых и есть сохранение экосистем, то есть на особо охраняемых территориях, для сохранения экологического баланса.

В лесных насаждениях особо охраняемых природных территорий древесина мертвых деревьев составляет более 20 % от всей наземной биомассы живых организмов. В зависимости от географического расположения биотопа и фазы развития древостоя на одном гектаре насаждений естественного происхождения имеется в среднем от 100 до 200 м3 и более мертвой древесины. В бореальных лесах Северной Европы — около 20 м3/га, а в смешанных буково-пихтово-еловых лесах Центральной и Восточной Европы — 500—1000 м3/га. В то же время в хозяйственных лесах объем древесины мертвых деревьев, как правило, не превышает 3 м3/га.

В большинстве лесов Беларуси, основная задача которых — получение древесной и недревесной продукции, наличие мертвой древесины является источником (резерватом) для формирования очагов стволовых вредителей и грибных заболеваний растущего леса. Задача службы лесозащиты не допускать развития этих очагов вредителей и болезней для формирования продуктивных лесов, что несовместимо с предлагаемым автором оставлением мертвой древесины в лесу. Кроме того, наличие большого объема мертвой древесины в лесу является источником пирогенной опасности, особенно в экстремально жаркие и засушливые годы.

По современным технологиям рубок леса, применяемым в Республике Беларусь, в лесу остается часть мертвой древесины в виде порубочных остатков. Правилами рубок леса (ТКП 143-2008 (02080)) установлены нормативы использования порубочных остатков при проведении рубок промежуточного и главного пользования леса в насаждениях основных лесообразующих пород. Оставление порубочных остатков на лесосеках позволит сохранить плодородие лесных почв и обеспечить в будущем рост лесных насаждений без снижения их продуктивности, что позволит к возрасту рубки древостоев получить дополнительно 15—20 % древесной биомассы, по сравнению с лесными участками, на которых полностью удалены порубочные остатки.


Баланс — на пользу лесу

Само собой разумеется, что с течением времени отдельные деревья гибнут, выпадают из состава древостоя и их кроны покидают занимаемое пространство — полог леса. Отпавшие и валежные деревья накапливаются в насаждениях. В итоге с течением времени образуется захламленность, или, как любят говорить люди, далекие от лесного хозяйства, мертвая древесина.

Состав и количественные характеристики существующего экотопа трансформируются под воздействием изменившихся условий среды обитания. По результатам научных исследований с целью составления таблиц хода роста и продуктивности отечественными учеными (Ф. П. Моисеенко, В. С. Мирошников, О. А. Трулль и др.) уже в середине прошлого века была выяснена величина нормального текущего отпада деревьев в различных типах леса и классах бонитета. Величина этого естественного отпада и является тем объемом захламленности, который составляет экологическую нишу устойчивого биоценоза. Привнесение в эту систему в разы большего патологического отпада как результата воздействия на древостой экстремальных факторов однозначно спровоцирует нарушение либо необратимую потерю биологической устойчивости лесного сообщества. В итоге мы лишимся как древостоя, так и того биоценоза, который развивался под пологом в существующем экотопе.

По данным профессора А. И. Воронцова, при сильном повреждении ураганом сосновых древостоев (38—63 % ветровала и бурелома по запасу) патологический отпад оставшихся на корню деревьев в следующем году будет равен 16 % запаса насаждения после ветровала, через два года он увеличится до 22 % плюс 5 % окружающих ветровал насаждений.

Причины этого очевидны для любого образованного специалиста лесного хозяйства.

В первую очередь отпад и валеж в обязательном порядке заселены разными экологическими группами насекомых, питающихся тканями ствола дерева. Благоприятные условия для массового размножения стволовых вредителей на утративших жизнеспособность и погибших деревьях способствуют переселению на смежные, еще здоровые, но физиологически ослабленные насаждения, где они наносят несомненный ущерб, провоцируя патологический отпад.

Аналогичная ситуация с инфекционными болезнями, вызываемыми фитопатогенными организмами. Спектр патогенов весьма широк. В подавляющем большинстве случаев развитие и широкое распространение на значительных площадях инфекционных заболеваний возможно вследствие накопления инфекцио­н­ного фона так называемого заразного начала на отмирающих и погибших деревьях. При этом паразитные виды способны вызвать заболевания живых тканей абсолютно здоровых деревьев, а факультативные сапротрофы (от греческого «сапрос» — гнилой и «трофе» — питание) способны определенное время поселяться на мертвом субстрате.

Немаловажный вопрос ведения лесного хозяйства — обеспечение противопожарной безо­пасности в лесах. Важнейшим профилактическим противопожарным мероприятием является уборка сухостоя и валежа, если есть опасность, что они могут передать низовой огонь на кроны и превратить его в верховой пожар. Каждому, кому доводилось тушить лесные пожары, известно, что захламленность не только превращает лесные обходы в своеобразные склады горючего, но и весьма затрудняет борьбу с уже возникшим пожаром, требуя больше времени и сил на локализацию и ликвидацию возгорания. Приколотить кромку захлестыванием не удастся, только заливание или забрасывание землей да еще в придачу разрезание пути для прохода пожарной техники через валеж. Ущерб в таком случае будет несопоставимо велик вследствие перехода пожара из беглого в устойчивый и как результат — последующая гибель всего поврежденного огнем древостоя.

Лесное хозяйство Беларуси, как и в других странах, ориентировано на выращивание здоровых и устойчивых насаждений. Получение прибыли от продажи качественной деловой древесины является конечным результатом хозяйственной деятельности нашей отрасли. Не вызывает сомнения, что в ходе заготовки древесины различными рубками необходимо в обязательном порядке удалять опасные деревья для предупреждения гибели и травматизма работников и исключения потенциальной угрозы населению.

Исходя из вышеизложенного следует весьма взвешенно относиться к рекомендациям экологов или требованиям отдельных «экспертов» по лесоуправлению, красиво и убедительно декларирующих принципы «хорошего» управления лесами (в том числе сохранения в них биоразнообразия) как обеспечения экологически и социально ответственного и экономически выгодного лесопользования, а по факту реализующих торговлю своим товарным знаком. Некоторые зарубежные «экологически ответственные» потребители уже сейчас выставили условием для закупки наличие сертификата лесоуправления в соответствии с их принципами и критериями оценки лесопользования. Отдельные развивающиеся государства, которые не сумели противопоставить этому влиянию ничего, кроме исполнения чужих правил и указаний, уже утратили контроль над свои­ми лесными ресурсами.

Защита лесов от вредителей и болезней — одна из сфер деятельности органов управления лесным хозяйством, включающая комплекс правил, методов и технологий, используемых для повышения устойчивости и защиты лесов, прочих объектов лесного хозяйства и лесной продукции от вредных организмов. Именно эти веские причины и лежат в основе санитарно-оздоровительных мероприятий в лесах Республики Беларусь как проявление ответственного отношения к лесопатологическому состоянию и здоровью насаждений, сохранению и улучшению биоразнообразия лесных экосистем.

Алексей ЯКОВЛЕВ, главный инженер ГУ «Беллесозащита»